| Музейная бессонница 2012 |
[May. 20th, 2012|02:35 am] |
Бессонная ночь наедине с курсовой, несколько семинаров на следующий день, хочется спать и есть, но нет, работай! Обыкновенные будни студента-журналиста. Профессия у тебя такая — заполнять информационный вакуум, вот ты и заполняешь. Собираешься, хватаешь блокнот и фотоаппарат, вливаешь в себя кружку кофе, чтоб до конца мероприятия не задремать, и выходишь из дому. Сегодня у тебя в планах вторые сутки без сна — Ночь в Музее. Прошлогодний опыт Ночи подсказывает, что впечатления будут противоречивыми: поставленный на колени Художественный музей вынужден собирать молодежь самыми радикальными способами (они же — самые простые). Устроить шоу — один из таких.
 Фото Анастасии Игумновой
( гулять по музею вместе с оСМИногом и ЖУРLIVE )
|
|
|
| С днем победы |
[May. 9th, 2012|10:26 pm] |
Все, кто хочет сказать мне, как я кощунствую, может сделать это в комментариях под записью. Всё скринится.
|
|
|
| Mar adentro |
[May. 7th, 2012|09:07 pm] |
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.1) Вике
Море должно быть внутри, пишет девочка из Донецка, чтоб его волны могли унести и печаль, и горе. Руби думает, что это звучит наивно и очень по-детски. А она уже взрослая. И какое тут к черту море. У Руби кошка, кипящий чайник и пара книжек, квартира — съемная, на свою пока не скопила. Еще у Руби работа. И работа ей только движет. И наверно работа же и сведет когда-то в могилу. Иногда ей звонит парнишка из техотдела, и они гуляют всю ночь напролет по темным кварталам. Нет, жить одной до сих пор ей не надоело. Да какое "замуж"? Только этого не хватало.
Иногда Руби пьет, и немало, в баре напротив дома. Позволяет себя угощать, и с барменом шутит. Если чего-то она боится — то только грома, только дожди доводят ее до жути. В одну из таких ночей, как в кино, позвонили, говорят, так и так, мы не боги, Он все решает. В общем, чувство, что ты полярник, лежишь на льдине. И лед где-то внутри тебя уже никогда не растает. Потом — переезд в другой город. Попытка забыться. Удаление дневников из Сети. Замена sim-карты. По обрывочным воспоминаниям очевидцев, она не улыбалась, смотря из окна плацкарта.
Вот оно, море, живешь на границе суши. До родителей ехать чуть ли не всю неделю. То, что болело внутри, по-прежнему глушит, если не становится вовсе сильнее. Руби идет по песку, слышит крики чаек... Этот город когда-то был мечтою о лете. Руби скучает, вот же черт, как она скучает! Только позовешь — и уже никто не ответит.
— Мы расстались в мае, — расскажет она бармену. — А в октябре он ушел и его не стало. Если б я знала, какую мне выставят цену... Если б я знала, если бы только знала.
Но сейчас Руби здесь, с утра и до ночи работа. По ночам — две главы из книги, и сон глубокий. Это спасает от понедельника до субботы. Воскресенье — время побыть одной. Одинокой. Пройтись по песку, кутаясь в шарф потуже. У Руби внутри — пустыня Афганистана. Да какое тут море внутри. Какая-то лужа. А когда и это засохнет, ее не станет. |
|
|
| No again |
[May. 6th, 2012|01:17 pm] |
Уйти с плохого кино. Выбросить книжку. Послать уже этого парня к чертям и дальше. Одри взбивает свою непослушную стрижку. Одри терпеть не может и грамма фальши. В общем-то это глупо — зависеть от чьих-то глаз, звонка, длинных пальцев, небритых скул. Одри думает, как улыбка его лучиста и о дисках, которые не вернула ему. Old school. И вообще бы собрать все в коробку, поставить к двЕри, позвонить: приезжай, забери свои вещи, уже пора бы. У него взгляд — голодного хищного зверя. И она боится его. И давненько ему не верит.
— Тут море, песок и крабы. Давай приезжай сама. Ну и хватит злиться. Ну же, девочка, никуда от меня не деться.
У Одри плохая память на цифры и лица. А этот наглец просто врезался в ее сердце.
Ее чувство к нему — больше ненависть, чем забота. Он ее и так отравляет на каждом вдохе. Трое суток на поезде. Утро. Апрель. Суббота.
— Одри, а тебе без меня очень плохо?
Как удар под дых. Столько силы, что пробивает любые блоки. Очень хочется встать, одеться, закурить и, дым выдыхая:
— Мы одиночки. И даже сейчас мы бессовестно одиноки. Давай просто ты будешь хороший, а я плохая.
Только эти глаза — они смотрят по-человечьи. Только эти руки обнимают, не отпуская.
— Одри, все врут, что, мол, время лечит. Одри, я знаю, тебе поддержка нужна мужская.
И тут хочется выть от бессилия и от боли, словно пальцы на коже оставляют одни ожоги. Уйти навсегда уже год не хватает воли. А может, она выбирала не те дороги. А может и правда нужен лишь тот, который приходит на день, ну может быть, на неделю.
Потом их увезет домой фирменный скорый. Потом будет снова молчание. На пределе. Та же квартира, вещи и сигареты. Хорошие книги, только любимые песни. Полночный звонок:
— Я соскучился. Как ты? Где ты?
Под конец разговора:
— Ну что ты, ну мы же вместе.
Ну какие "вместе"? Что вложено в это слово? Если номер набрать чужой — это сверхзадача? Он приедет, конечно. Она, конечно, заплачет.
— Одри, когда это все повторится снова?.. |
|
|
| (no subject) |
[Apr. 30th, 2012|05:59 pm] |
Сегодня по случаю незапланированного попадания в Гипер я решила подарить себе свеженький номер Русского Репортера и была неприятно удивлена, во-1, его ценой (41 рубль вместо рекомендованных 35 и вместо ранешних, когда его еще возили в каждый киоск, 17), а во-2, что "свежий" номер был внезапно за 22 марта.
— Так апрельского еще не завозили! — постаралась объяснить бабуля-продавец.
— Так он еженедельный, — ответила я и ничего покупать у бабули не стала. |
|
|
| Свобода |
[Apr. 29th, 2012|04:06 pm] |
Моим
Эта жизнь бессмысленна, если в ней нет людей,
с которыми просто приятно сидеть в кофейнях,
кормить уток на набережной,
переставлять винду
и верстать газету.
Изначально мы все одиноки,
сами по себе,
сильные, выносливые, стальные.
У чужаков голоса переслащенные, елейные —
свои улыбаются лишь уголками глаз.
И ты их за это любишь.
Чтобы понять друг друга, не пары фраз —
достаточно пары взглядов;
у самых лучших получается с одного.
Они учат меня быть спокойной,
не множить тьму,
хотя черта с два сами следуют этим советам.
И на самом деле, мне бы хотелось,
чтоб где-то
в параллельной вселенной, следующей жизни, на другой планете
кому-то отчаянно похожему на меня
повстречались люди, в описаниях — до мелочей.
Чтобы этот кто-то перестал быть, как я когда-то, ничей.
И одиночество станет тогда свободой. |
|
|
